Роберт Сальваторе - Вектор-прим

Роберт Сальваторе 

Вектор-прим


(Звездные войны)

1. Истертая ткань

Здесь было так спокойно. Вокруг лишь бесконечный мрак и вакуум, да тихий гул спаренных ионных двигателей нарушает тишину. Хотя Лейя Органа Соло и любила такие моменты безмятежности, но воспринимала их как эмоциональную ловушку. Слишком многое она успела выяснить о предстоящей миссии, чтобы понимать: благостное настроение бесследно испарится сразу же после того, как корабль достигнет конечной точки этого путешествия, и начнутся большие проблемы.

Впрочем, так случалось каждый раз, когда она куда-либо прилетала.

Лейя на секунду остановилась перед входом на мостик «Меча Джейд», нового челнока, который ее брат, Люк, построил для своей жены, Мары Джейд. Мара и Джайна сидели у панели управления, вольготно развалясь в креслах, весело болтали и хихикали: видимо, не заметили Лейю.

Она засмотрелась на дочь, Джайну, такую самоуверенную и спокойную, будто пилот с многолетним стажем. А ведь ей всего шестнадцать! И взглянуть приятно: длинные темные волосы и темно-карие глаза — такой яркий контраст с молочно-белой гладкой кожей. Говорят — очень на мать похожа. Лейя и сама замечала много своего в этой девочке… Девочке? Нет, — молодой девушке! Те же самые искорки в карих глазах — озорных, смелых и решительных…

Эта мысль окунула Лейю в воспоминания. Она вдруг поняла, что сейчас, глядя на Джайну, видит не столько свое отражение в дочери, сколько себя прежнюю. Стало немного грустно от того, как сильно изменилась ее жизнь. Теперь она — дипломат, бюрократ, посредник. Вечно пытается что-то урегулировать, ищет пути выхода из тупиков, работает ради мира и процветания Новой Республики. Скучает ли она по тем-дням, когда самыми привычными и обыденными звуками были свист лазерного меча и грохот выстрелов из бластера? Бывает ли ей жалко, что те безумные годы уже позади, а взамен она получила гудение ионных двигателей и пустяковые перебранки одного эмиссара, чье самолюбие было задето в ходе переговоров, с другим?

Видимо, Лейе стоило смириться с таким положением вещей, зато, глядя на Джайну, в ее темные глаза, которые светились энергией, она с удовлетворением отметила, что дочери предстоит пройти все, о чем маме теперь осталось только вспоминать.

Что-то еще — возможно, ревность? — неожиданно кольнуло Лейю, когда Мара и Джайна громко расхохотались над шуткой, которую ей не удалось расслышать. Но она прогнала это дурацкое чувство прочь, вспомнив о том, что сама попросила жену Люка стать наставником Джайны и обучить ее мастерству джедаев. И та стала Джайне не то чтобы приемной матерью, а, скорее, старшей сестрой, и когда Лейя видела огонь в зеленых глазах Мары, то понимала, что эта женщина способна дать Джайне то, чего не было у Лейи, и что эти уроки и эта дружба действительно очень важны для дочери. Лейя пошла в сторону рубки, но снова остановилась, услышав шаги у себя за спиной. Она, и не оборачиваясь, знала, что это ногри Больпур, ее телохранитель, поскольку успела заметить его краешком глаза, когда он беззвучно шагнул в сторону, двигаясь настолько плавно и грациозно, будто нежная ткань, подхваченная дуновеньем ветра. Терпеть то, что юный Больпур стал ее второй тенью, было легко, поскольку это был самый ненавязчивый и незаметный телохранитель во вселенной. Лейя обожала этого ногри, так как в нем сочетались умение передвигаться бесшумно, реагировать моментально и бить без промаха.

Она сделала едва заметный жест рукой, показывая, что Больпур должен оставаться в коридоре, и не сомневалась, что он выполнит приказ, хотя и уловила мелькнувшее на его беспристрастном лице разочарование. Больпур, как и все ногри, готов был повиноваться ей беспрекословно. Ради нее он без раздумий спрыгнул бы с обрыва на скалы или залез бы в дюзу работающего ионного двигателя. Больпур бывал страшно недоволен в единственном случае: когда Лейя приказывала оставаться там, откуда ему казалось невозможным защищать свою подопечную.

Лейя догадалась, что и сейчас он беспокоится за ее безопасность. Но почему это Больпуру взбрело в голову, что ей может угрожать опасность на борту челнока жены ее родного брата? Нет, все-таки иногда он немножко перегибает.

Кивнув Больпуру, Лейя повернулась и пошла в рубку.

— Сколько еще? — громко поинтересовалась она и рассмеялась, увидев, как подпрыгнули от неожиданности Мара с Джайной.

В ответ Джайна увеличила изображение на экране внешнего обзора, и вместо двух тусклых огоньков там появилось изображение двух планет: одна голубая с белым, а вторая — светло-красная. Они находились так близко друг к другу, что Лейе показалось, будто большая из них, голубая, захватила рыжеватую к себе в луны. Строго посередине между ними, на расстоянии не более полумиллиона километров от каждой, парила в пространстве громадина ударного крейсера Мон Каламари «Посредник», одного из новейших боевых кораблей Новой Республики. Сияние его бортовых огней ярко выделялось на фоне голубого света большей планеты.

— Они максимально приблизились друг к другу, — заметила Мара, имея в виду планеты.

— Прошу прощения за мою нескромность, — раздался из-за открытой двери мелодичный голос, и мгновение спустя на мостике появился дроид — секретарь СИ-ЗПО. — Но мне данное утверждение показалось не совсем точным.

— Ну, достаточно близко, — исправилась Мара. — И Рхоммамуль, и Осариан населяют народы, чья технология привязала их к поверхности…

— К Рхоммамулю это относится в первую очередь! — вставил СИ-ЗПО, навлекая на себя сердитые взгляды трех женщин сразу. Не обращая на это ни малейшего внимания, он самозабвенно продолжал: — Даже флот Осариана можно считать таковым только с большой натяжкой.. Если, конечно, не пользоваться совершенно идиотской пантангийской шкалой развития технологий, которая ставит на одну ступень примитивный флаер и «звездный разрушитель». Глупее системы я не встречал.

— Спасибо, СИ-ЗПО, — ответила Лейя, давая понять, что услышала более чем достаточно.

— Но у них обоих есть межпланетные ракеты, и сейчас, с этого близкого расстояния, они могут нанести друг другу удар, — продолжала Мара.

— О, да, — воскликнул дроид. — Учитывая то, что их эллиптические орбиты так сильно сближаются…

— Спасибо, СИ-ЗПО, — уже громче повторила Лейя.

— ..возможность обмена ракетными ударами будет сохраняться еще некоторое время, — как ни в чем не бывало заливался СИ-ЗПО. — По крайней мере несколько месяцев. Более того, через две стандартных недели расстояние между ними будет минимальным за последние несколько десятилетий.

— Спасибо, СИ-ЗПО! — хором крикнули Мара и Лейя.

— А в следующий раз такое повторится еще через несколько десятков лет, — выпалил СИ-ЗПО, прежде чем женщины демонстративно отвернулись от него.

Мара покачала головой, стараясь вспомнить, на чем прервался их разговор с Джайной.

— Вот поэтому твоя мама решила, что действовать надо именно сейчас.

— Вы что, думаете, будет драка? — спросила Джайна, и огонек, блеснувший в ее глазах, не ускользнул от внимания Лейи с Марой.

— «Посредник» заставит их вести себя прилично, — с надеждой сказала Лейя.

И в самом деле, этот ударный крейсер, усовершенствованная модель «звездного крейсера» Мон Каламари, с более крепкой броней и самым последним вооружением, был грозным оружием.

Мара снова посмотрела на экран внешнего обзора и с сомнением покачала головой.

— Чтобы предотвратить катастрофу, понадобится нечто большее, чем простая демонстрация силы, — заметила она.

— Точно! Согласно последним данным, ситуация обостряется, — снова встрял СИ-ЗПО. — Вс началось как простой спор из-за передела прав на добычу полезных ископаемых, а сейчас, судя по официальной пропаганде, дело идет к священной войне с иноверцами.

— Это все духовный лидер Рхоммамуля, — заметила Мара", — Ном Анор. Он опустился до того, что взывает к самым низким инстинктам своих учеников. Превратил противостояние с Осарианом в предлог для установления тирании и подавления инакомыслия. Его нельзя недооценивать.

— Если бы вы знали, со сколькими диктаторами, подобными Ном Анору, мне пришлось иметь дело… Всех и не вспомнишь, — пожав плечами, заметила Лейя.

— Я могу вам помочь, приведя полный их перечень, — радостно предложил СИ-ЗПО. — Тонкосс Ратба с…

— Спасибо, СИ-ЗПО, — подчеркнуто вежливо поблагодарила его Лейя.

— Не за что, принцесса Лейя, — ответил дроид. — Всегда рад помочь вам. Так о чем я? Ах, да. Тонкосс Ратба с…

— Не сейчас, СИ-ЗПО, — перебила его Лейя, затем бросила Маре: — Трудно иметь дело с такими старыми дроидами.

— Другого такого не найти, — мягко сказала Мара, и эта неожиданная слабость в ее голосе напомнила Лейе и Джайне, что Мара, несмотря на ее постоянную браваду и кажущийся избыток энергии, была серьезно больна. Эта странная болезнь, к счастью, еще не сильно распространенная, убила многие десятки людей, и лучшие доктора Новой Республики расписались в своей полной беспомощности перед недугом. Из тех, кто заразился и страдал от расстройства функций организма на молекулярном уровне, выжили только двое: первой была Мара, а второй пациент находился под неусыпным наблюдением врачей на Корусканте, но умирал на глазах.