Фрэнсин Лей не шевельнулась, лишь мягко, успокаивающе провела пальцами по его лбу и вискам. Де Рус сполз пониже, и голова его упала на плечо.
— Да, милый.
— Не называй меня «милый», — хрипло проговорил Де Рус. — Зови меня просто «шляпой».
И когда Де Рус заснул, она встала с ручки кресла и села в кресло напротив. Она сидела очень тихо и смотрела на него, подперев подбородок тонкими изящными руками с ногтями вишневого цвета.