— Не слишком ли много у тебя желаний, боярин?
— Так дело стоит этого, — сказал боярин. — Да и желание у меня небольшое.
— Ну говори, какое желание еще у тебя!
— Хочу жениться... — туманно проговорил боярин.
Ярослав удивился.
— Ну и женись, зачем же я тебе в этом нужен?
— Нужен... — сказал боярин. — Все дело в том, на ком я хочу жениться...
Ярослав пока не понимал, какое отношение он имеет к желанию боярина.
Боярин, продолжая, выпалил:
— Потому что я хочу жениться на княжне Предславе!
Ярослав изумленно вскинул брови:
— А разве после того, как ее изнасиловал Болеслав, она не ушла в монастырь?
— Нет. Она живет у меня.
— А...
— Она согласна, — поспешил ответить боярин.
Теперь Ярослав все понял. В приданое Предславе обещаны богатые волости. Поэтому, женившись на Предславе, этот боярин не только становился одним из богатейших людей на Руси, но и, что являлось более ценным, входил в княжеский круг, роднился не только с русскими князьями, но и с другими королями. Его дети получали возможность стать князьями и королями. Приз для боярина был более чем щедрым. Однако...
Ярослав задумался. Уже и темнота вступила в свои права, звезды бриллиантовой россыпью усеяли небо. И где-то далеко печально плакал филин. И восток розовел далеким солнцем. Скоро утро. И скоро битва...
Желание боярина было необычным и, возможно, чрезмерным. Но Ярослав также прекрасно понимал, что в предстоящей битве его шансы на победу были слишком малы. Он вспомнил, что всегда, когда он пытался биться лицом к лицу, он проигрывал. Только расчетливая хитрость помогала ему побеждать. Так почему он должен отказываться от хитрости, которая могла ему помочь раз и навсегда разрешить спор со Святополком?
К тому же и для опозоренной Предславы, которую никто из королей уже никогда не возьмет замуж, это представлялось выходом. Ярослав ясно догадывался, почему она отказалась идти в монастырь, в душе Предславы жарким огнем горит месть. Монахиня не имеет права мстить, но жена обязана...
Ярослав протянул руку к боярину:
— Вот мое слово — если благодаря тебе завтра Святополк умрет и мы победим, то все твои желания я исполню. А сейчас отдай перстень, что дал тебе Будый.
Боярин, не понимающий, зачем князю потребовался перстень с ядом, тем не менее послушно снял перстень с пальца и подал его Ярославу.
Ярослав спрятал перстень в нише в поясе, и снова протянул руку к Косте. Но теперь в ней был дорогой перстень с большим зеленым камнем.
В глазах боярина отпечаталось недоумение, и Ярослав с кривой усмешкой пояснил:
— Тот яд не годился. От него человек умирает только через пять дней. А Святополк должен умереть завтра, до окончания сражения.
Глава 52
Узнав о подходе войска Ярослава, Святополк немедленно собрал воевод.
— Итак, что будем делать, бояре? — поставил он вопрос ребром.
Обычно на таких совещаниях князь слушал всех бояр, а потом принимал решение. Но сейчас Варяж нарушил порядок, решительно заявив:
— Утром надо начинать битву!
Святополк, согласно кивая головой, напомнил:
— В прежние времена мы сразу не вступали в сражения, подыскивая подходящий момент. Но Ярослав применял какую-либо хитрость и побеждал нас. Мой тесть Болеслав воевал с Ярославом по-другому, — увидев его войско, нападал на него, даже с малыми силами, как разъяренный лев. И Ярослав бежал. Ярослав думает, что мы будем, как и прежде, стоять против него. Но мы последуем примеру Болеслава Храброго и нападем, как только солнце покажется над горизонтом.
Бояре поддержали князя одобрительными возгласами. Затем Варяж, как главный воевода, изложил план сражения. Утром в сражение пойдут все отряды, кроме княжеской дружины. Пока они будут сражаться, дружина обойдет войско Ярослава сзади. И в самый решительный момент, когда все силы Ярослава втянутся в битву, дружина ударит им в спину. Этим и будет решена битва.
Возражений не последовало.
Глава 53
Говорят, что звезды на ночном небе — это огоньки человеческих душ. И когда человек умирает, его звезда срывается со своего места и падает, оставляя за собой длинный огненный след.
В эту короткую летнюю ночь звезды падали одним стремительным потоком, как река в весеннее половодье.
Но вот звезды поблекли, и солнце показало огненное пламя, как будто содрогающееся в ожидании предстоящего дня. Багровые лучи сорвали синий покров с широкой речной долины и обнажили стоящие друг перед другом стены.
Блестели кольчуги и доспехи. Нестриженой жесткой щетиной топорщились копья. Каменно глядели хмурые лица. И лишь теплый утренний ветерок ласково трепал пронзительно яркие знамена с золотыми ликами святых, которые должны были помочь этим людям убить друг друга.
Дружина Святополка еще ночью перебралась на другой берег реки и спряталась в кустах позади стана Ярослава. Но несколько старых дружинников остались охранять князя, который для руководства сражением занял небольшой холм позади своих войск. Здесь высился княжеский шатер, а над ним на высоких шестах, под горячим ветром, прилетевшим из южных степей, трещало знамя.
Отсюда хорошо было видно поле.
Князь сидел в полном снаряжении на белом коне, рядом с ним стоял Варяж, а за его спиной — гонцы. С другой стороны Микула, теперь не отходивший от князя ни на шаг. Чуть в стороне бояре, не имевшие своих отрядов. Среди них боярин Коста.
Святополк глядел на поле сумрачно.
— Что невесел, князь? О чем думаешь? с натужной веселостью спросил Варяж. — Впереди битва. Не сомневайся — нас больше, а значит, победа за нами. Разобьем Ярослава, и кончится в Русской земле междоусобица.
Святополк вздохнул:
— Я не сомневаюсь в победе. Но печалит меня, что многие из моих воинов погибнут в этом сражении.
— Ерунда! — бодро сказал Варяж. — Мы все рано или поздно умрем. Но нет счастливее для мужа, как умереть на поле боя, его душа сразу отправится в рай.
— Смотри, — показал Святополк рукой в сторону выстроившихся войск. — Видишь, там стоит Ярослав, и он готов начать битву.
— Мы тоже готовы, — проговорил Варяж и, взглянув на солнце из-под руки, озабочено проговорил: —- Встающее солнце светит в глаза Ярославову войску. Надо начинать, пока солнце слепит их.
— Начинаем! — проговорил Святополк и поднял руку.
И в то же мгновение над головами вражеского войска как будто поднялась вспугнутая стая черных воронов.
Святополк воскликнул:
— Они первые начали! — и резко опустил руку.
Навстречу одной стаи взвилась другая.
Микула с тревогой смотрел на приближающиеся стрелы. Судя по траектории, стрелы должны были упасть в рядах выстроившихся воинов. Но его тревогу вызвала оторвавшаяся от остальной стаи небольшая куча, которая явно летела прямо к холму, на котором они стояли.
Это заметили и другие. Но Святополк небрежно промолвил:
— Упадут у ног.
Но за несколько секунд до того, как стрелы упали, Микула быстро прикрыл князя своим щитом.
— Береженого Бог бережет, князь.
Стрелы действительно упали, шагах в двадцати не долетев до князя. Но все же о щит Микулы ударилась одна стрела и тут же упала на землю. Одновременно с этим Микула почувствовал тупой удар в спину.
Падая с коня, он понял, что случилось то, чего он всегда боялся, — в незащищенное пространство на спине все-таки попал стрела.
К Микуле тут же подбежал Векша, которого в этот раз Микула взял с собой, и наклонился над ним.
— Что с ним? — спросил Святополк.
— Поражен стрелой, но дышит, — отозвался Векша.
— Жаль. Сражение только начинается, и его меч нам бы очень пригодился, — вздохнул Святополк и приказал: — Старик, вези его скорее домой. Может, дома он выживет.
Векша с трудом оттащил Микулу за княжеский шатер и положил на свою телегу. Затем привел коня Микулы, и вскоре он ехал, далеко объезжая поле, на котором в клубах пыли шло сражение. Долго еще в степи слышался лязг железа, яростные крики и вопли раненых людей.
Одной рукой Векша правил лошадьми, другой нежно гладил белокурую голову и ласково уговаривал:
— Ты, Микула, только терпи. К вечеру приедем в Киев, там ждет тебя Ярина. И вы будете жить долго и счастливо. И у вас будут красивые дети. И негоже человеку махать мечом. Дело людей — сеять рожь, родить детей. На этом держится земля и род человеческий.
Глава 54
Сеча была злая, какой еще не бывало на Руси. Воины секлись, в азарте схватывая друг друга за руки, и кровь текла ручьями по удольям. И даже само солнце озлобилось и посылало на степь, покрытую пылью, как будто хотело спалить саму землю, неистово огненные стрелы.
Святополк, истекающий потом под раскаленными доспехами, выпил ведро воды, которую ему подал боярин Коста.