Несколько мгновений она молчала.
– Дом, – вспомнила Элис задумчиво, – дом у воды.
– У нас будет другой дом, дорогая. Это цена нашей кочевой, цыганской жизни. Но ты привыкнешь к этому. Ты привыкнешь иметь настоящий дом у себя в сердце.
Опять она замолчала, а затем нахмурилась:
– Еще одна проблема беспокоит меня.
– Да, Элис?
– Ты не мог знать, когда сказал за меня: «Я люблю тебя, Барк», что я действительно тебя люблю.
Он поцеловал маленькую белокурую головку своей Элис и тихо вздохнул:
– Я не знал, – согласился он, – тогда не знал, – сказал он восторженно, – но сейчас знаю.