- Не думаю, что есть необходимость напоминать тебе, что траты не воины. Какой же помощи ты ждёшь от нас.
- Возможно, то, что я попрошу, ваш народ хранит от чужаков многие века, и никогда прежде не нарушал этого правила.
- Что бы ты не попросила, будет твоим. Не может быть чужаком тот, кто думает обо всех прежде, чем о себе.
- Благодарю. Мне надо знать всё об океане, все, что знаете вы.
- Необычная просьба. Но ничего запретного в ней нет. Мы никогда не рассказывали об этом не потому, что это какое-то табу, а потому, что нас никто и никогда об этом не спрашивал. Так что мы с большим удовольствием расскажем то, что ты хочешь знать.
6
Спать я легла лишь под утро. Никогда бы не подумала, что обычно довольно замкнутые траты так любят поговорить. Всю ночь старейшины во главе с вождём с непередаваемым усердием исполняли мою просьбу. В том смысле, что рассказывали мне всё, что удалось узнать об океане множеству поколений их предков. Такого потока информации я в жизни своей не получала. Причём все сведения были хоть и интересными с познавательной точки зрения и мне, как правительнице, полезными, но в данной ситуации абсолютно бестолковыми. В повествовании описание тёплых и холодных течений переплеталось с повадками обитателей подводных пещер, перечисление многочисленных видов рыб и свойствами тех или иных водорослей, способы ловли морских животных, с лучшими способами их приготовления. Но перебивать разговорившихся стариков мне казалось некорректным. Признаюсь, я уже начала дремать, когда слова одного из старейшин заставили меня встрепенуться:
- …А если ты положишь свой путь между светом и тьмой (ага, это значит между восходом и закатом) то через много дней увидишь главное. Доказательство того, что Дарвай живой, ты увидишь его слёзы. Из слёз его и состоит океан.
- А нельзя ли об этом поподробнее, уважаемый. Например, как выглядят эти слёзы и как далеко нужно положить свой путь, чтобы их увидеть, и откуда они берутся?
- Неужели слёзы никогда не обжигали твоего сердца, госпожа, что ты задаёшь такие вопросы? Откуда могут взяться слёзы, как не из глаз.
- Встречный вопрос, откуда у океана глаза?
- Это и есть доказательство того, что Дарвай живой, как звери, птицы и народы, населяющие его, у них ведь есть глаза. А слёзы его, это огромные белые скалы, плывущие по океану и обжигающие холодным огнём любого, кто посмеет приблизиться к ним.
( Так, ну со слезами всё понятно, это, скорее всего айсберги, а вот глаза…)
- Скажи мне многознающий старец, а кто-нибудь видел эти глаза? Быть может это лишь легенда?
- О нет! Много поколений назад трое храбрецов отправились в ту сторону, откуда приходят слёзы. Назад, к сожалению, вернулся только один. Он был слаб и изранен, но прожил достаточно, чтоб рассказать о том, что видел.
- Но, может, он придумал свой рассказ, или видения посещали его.
- Нет, нет и ещё раз нет! Ни один из тратов не смог бы выдумать такого, и сознанием он был крепок как скалы окружающие нас сейчас.
Значит, мне предстоит искать глаза океана.
7- Дардн, я прошу, не трави душу, мне и так не по себе.
- Но ты не можешь лететь туда одна.
- Я не одна, я с шамшаллами.
- Ой, не смеши меня. Шалы, конечно, отличные воины, но их всего четверо, а мы даже предположительно не знаем, какая опасность там притаилась. Мы должны быть вместе. Помнишь, ты рассказывала, что в твоём мире твои соплеменники строят какие-то ко-ра-бли, чтоб двигаться по воде. Так почему мы не можем их сделать? Ты рассказывала, я помню, что их делают из дерева или метала. Я не понимаю, как железо может плавать, наверно нужны особые силы, которыми твои родичи обладают в высшей степени искусно, да и гномов уговорить сделать что-либо подобное будет сложно, но деревянный ко-ра-б-ль мы соорудить, думается, сможем.
- Дардн, я очень благодарна тебе за твои переживания и заботу обо мне, но ты ведь даже не представляешь, о чём сейчас говоришь. Да, теоретически сделать это можно, Шиом вырастит необходимые деревья, сиелы смогут сплести парус. НО! Во-первых, это потребует времени, много времени, которого у нас нет. А во-вторых, из меня корабельщик как из тебя балерина.
- Кто?
- Скажу по-другому, моя попытка построить корабль, скорее всего, закончиться так же, как твоя залезть на мой дуб. Из этого ничего не получиться.
- Но что же делать?
- Мне отправляться искать глаза Дарвая, а тебя я попрошу отправиться к сиелам. Пусть они оповестят всех об опасности, и передадут мои слова, что если не хотят отправиться вслед за пропавшими, то пусть держаться вместе, не разбредаются по одному.
Двое тратов согласились проводить меня на день пути и показать направление. На день их пути. Для меня и шамшаллов это было примерно полтора-два часа полёта.
На берегу собралась вся деревня. Малышня кружила под нашими ногами и копытами кенов и от восторга с разгона плюхалась в мелкую прибрежную воду, таких интересных и таких разных существ они ещё не видели. Моя дружина откровенно печалилась, молодёжь была в растерянности и только шалы не выказывали никаких эмоций.
Много дней пути для тратов по моим прикидкам означало примерно неделю полёта. Где-то на такой срок был рассчитан запас еды, который висел за плечами у каждого из нас в сумках из рыбьих пузырей, хватит ли его можно только гадать. Но не это сейчас беспокоило меня. У шалов я научилась не показывать своих эмоций, когда это необходимо, именно такой момент был сейчас, зачем ещё больше расстраивать дружину. Понимаете, шамшаллы отличные летуны, очень сильные и выносливые. Для них продержаться неделю в воздухе не составляет никаких проблем, тем более что руки и крылья у них это разные конечности, так что есть и пить они могут, находясь в воздухе. У меня конечно тоже руки свободны, мне чтоб летать махать ими не надо, но так долго в небе я ещё никогда не была, а потому не знала наверняка, хватит ли сил, но выбора у меня не было.
Проводники-траты молча нырнули и направились к горлу залива, у них уйдёт на это минут двадцать, так что у нас было время попрощаться. Я обняла Прима, Дардна и Олла, погладила тёплую чешую Шиома (обнять его я не смогла бы при всём своём желании), поднялась в воздух и взяла курс за тратами. Через пару секунд свист рассекаемого крыльями воздуха сказал мне, что шалы тоже стартовали.
8Это произошло на двадцатый день пути. Льдина, на которой мы остановились, была уже пятой или шестой. Но не усталость, которой я опасалась, была причиной столь частых остановок, а полное отсутствие еды. Рассчитала я почти правильно, на пятый день полёта мы увидели первые льды, небольшие по площади и тонкие как картон. За последующие дни они намного выросли, теперь каждая напоминала скорее небольшой остров, но ничего похожего на то, что можно было бы назвать глазами, нам пока не попадалось.