— А-а-а! — сказал он и послал Винтер сочувственный взгляд. Теперь он, разумеется, полагал, что разбойник был всего-навсего пронырливым любителем подсматривать за другими. — Все в порядке, сестренка, — мягко утешил он. — Он больше не вернется. Может, не ожидал, что у тебя окажутся спутники. Давай заходи. — Он отступил в сторону и открыл для нее дверь: — Я буду здесь, рядом, хорошо?
Его голос был таким добрым, а глаза такими усталыми, что Винтер захотелось прижаться к нему и обнять. Но вместо этого она передала ему пирог и питье, а он прикрыл за ней дверь.
Девушка услышала бормотание Кристофера и громкий краткий ответ Рази. Его длинный силуэт обозначился сквозь подсвеченные охристым солнечным светом щели в досках, а затем он сел у стены. Винтер развязала волосы, и они спутанной массой скользнули вдоль спины.
— Я здесь, Вин, — внезапно окликнул он. — Все в порядке.
Она улыбнулась:
— Я знаю, Рази. Спасибо. Ешь свой пирог, ладно?
Она услышала, как он опять вздохнул, затем звякнула взятая им тарелка.
«Ну, что ты на него уставился? — подумала она. — Ешь давай». Наконец она поднялась по ступенькам и блаженно опустилась в еще горячую воду, а потом закрыла глаза и на время забыла обо всем.
* * *Девушка сушила волосы на солнце, когда, поспешно пробравшись через сад и бегом поднявшись к ним по тропинке, появился Кристофер. Его не было так долго, что они всерьез начали беспокоиться. По пути он сорвал свою куртку и скомкал в руках, а потом дотянулся и дернул за шнурок на нижней рубахе. Прокладывая путь сквозь заросли, он распустил волосы, и они тяжелой угольно-черной гривой легли ему на спину.
— Я быстро, — пообещал он.
Спустя совсем недолгое время он крадучись вышел из купальни с мокрыми волосами и во влажной, натянутой на мокрое тело одежде и немедленно принялся собирать свои вещи.
— Пошли, — сказал он, — начинает темнеть.
Кристофер забросил на спину заплечный мешок, арбалет и колчан и пристроил на плечо седельные сумки.
— Пошли же! — потребовал он, и Винтер с Рази замерли, встревоженные непривычной резкостью его голоса.
Кристофер поднял голову и встретил их удивленные взгляды. Отведя глаза, он лишь повторил:
— Надо идти, уже темнеет.
Винтер медленно повернулась к Рази. Он пожал плечами, и они принялись поспешно увязывать свои пожитки. Что бы ни произошло, они не собирались зря тратить время. Раз Кристофер так настаивает на том, чтобы уехать как можно быстрее, они уедут.
Когда они пришли выводить лошадей, двор был пуст, потому что все смолокуры лениво прохлаждались после обеда.
На уличных скамьях несколько мужчин дремали и курили трубки, примостив пивные кружки у ног, они едва подняли головы, когда трое путешественников выехали из конюшни, направляясь к выходу.
Они почти добрались до ворот, когда от группки построек позади трактира донеслись женские крики и причитания. Оглянувшись, Винтер увидела, что заспанные люди начинают подниматься на ноги. По мере того как женщина приближалась к двору, ее причитания делались более разборчивыми, и Рази придержал лошадь, оглянувшись, чтобы расслышать, в чем же дело.
— …беда! Кто-нибудь, помогите! Люди, позовите на помощь!
Рази немедленно начал разворачивать коня. Он уже открыл рот, чтобы крикнуть, что он доктор, но Кристофер, дотянувшись, ухватил его за запястье, призывая молчать, и придержал его лошадь.
— Ты ничего не сможешь сделать, — тихо сказал он. — Наш приятель был неосторожен, и его придавило бочонком. Теперь он всего лишь призрак. — Он посмотрел на Винтер: — Поняла, милая? Он — всего лишь призрак.
Он отпустил руку Рази и отъехал на лошади на несколько шагов, ожидая его решения. Винтер и Рази на мгновение уставились на Кристофера во все глаза. Затем, как будто кто-то призывно взмахнул флагом или подал тайный знак, все трое развернули лошадей, рысью выехали со двора и двинулись по дороге.
Дальние грозы
К тому моменту, как путники наконец выбрались из седла, уже стояла глухая ночь и ярко светила луна. Сил у них осталось ровно столько, чтобы позаботиться о лошадях, после чего они не столько разбили лагерь, сколько повалились в полном изнеможении на кое-как разложенные лежанки и уставились в звездное небо. Они все еще находились в глуши, среди искореженных сосен, но успели существенно продвинуться вперед. К полудню следующего дня они уже должны были выбраться обратно к реке, а еще через десять дней — оказаться в лагере Альберона, где наконец-то можно будет добиться истины.
Спустя какое-то время Рази заставил себя подняться и примостился на пеньке, готовясь встать в караул, но Винтер и Кристофер втайне от него договорились, что возьмут на себя первые две вахты, и были намерены добиться своего. Кристофер молча снял плащ с плеч Рази и бросил на его постель, тогда как Винтер сложила руки, всем своим видом полностью поддерживая предложение.
— Отправляйся спать, — скомандовал Кристофер. — Твоей будет третья вахта.
Следующие пять минут Рази ворчал, жаловался и всячески отбивался, пытаясь навести дисциплину. Но стоило ему с неохотой улечься на место, как уже через пару мгновений он крепко спал. Винтер улыбнулась Кристоферу из-за спины спящего друга. Кристофер ей подмигнул. Она завернулась в плащ, легла и провалилась в сон, как только закрыла глаза.
В следующую же секунду Кристофер начал настойчиво трясти ее, чтобы разбудить.
Она выбиралась из сна с таким трудом, словно продиралась через вязкую смолу. Кристофер что-то неразборчиво пробормотал. Он доплелся до своей лежанки и отключился еще прежде, чем девушка окончательно разомкнула ресницы.
Винтер огляделась вокруг в замешательстве. Поляна купалась в лунном свете. Лошади на фоне деревьев казались мягко вздыхающими призраками. Темной тенью у нее в ногах спал Рази, вздыхая и бормоча во сне.
Постепенно в голове у нее прояснилось, и девушка выругалась и встрепенулась. Это просто пришло время ее вахты. Она заставила себя подняться на ноги и немного поковыляла туда-сюда, чтобы разогнать кровь. Когда у нее появилась некоторая надежда на то, что она не провалится в сон, как только остановится, она закуталась в плащ и устроилась на пеньке, прислушиваясь к тихим шорохам ночи.
Шло время. Звезды медленно вращались над головой, а луна упорно карабкалась по небу. Далеко-далеко за горизонтом раскатисто прогремел гром. Винтер задумалась о своем отце. В ее воображении Лоркан стоял на закатном лугу, глядя на их дом за рекой. Солнце подсвечивало его волосы, а он поднял руку и прошептал: